«Институт» в Америке – это не обязательно НИИ, как у нас в России. Там любая организация может назваться институтом, исследовательским центром и т.д., если она имеет хотя бы косвенное отношение к науке. Формально институт крионики в Детройте занимается наукой. Но на практике – это всего лишь коммерческий морг, зарабатывающий на хранении трупов.
Детройтский институт крионики отнюдь не единственный. Первый центр «продления жизни» был создан еще в 1963 году, в Вашингтоне. Во главе его стоял профессор физики Роберт Эттинджер. А первым «продленным» был профессор психологии Джеймс Бедфорд из Лос-Анджелеса. Узнав, что умирает от рака легких, он сам согласился на то, чтобы его заморозили в жидком азоте (температура минус 196 градусов) и вернули к жизни, когда медицина победит это смертельное заболевание. Всего же первыми крионическими организациями в период до 1980 года было осуществлено 20 замораживаний. Все пациенты (кроме Бедфорда) впоследствии были разморожены и похоронены обычным образом – на кладбище. Причина – отказ родственников платить за «хранение».
На сегодняшний день, по официальным данным, замороженными числятся больше ста человек. Сколько их на самом деле – коммерческая тайна. Членами и пациентами института Alcor, например, кроме американцев, являются представители Австралии, Австрии, Канады, Англии, Франции, Германии, Норвегии, Сингапура и Швеции. Не без хвастовства представитель института огласил, что около 30 их пациентов работают в Силиконовой долине в Калифорнии – передовом плацдарме компьютерных и иных высоких технологий. По этому поводу один журналист заметил: «Народ, живущий в Силиконовой долине, всегда имел безгранично огромную веру в технологии и научный прогресс. Эти люди уверены, что могут победить любую проблему, если у них будет достаточно денег на исследования. Они мыслят так: бессмертие? почему нет?»
В общих чертах «обретение бессмертия» выглядит так. Человек заключает с крионической организацией контракт. При этом он, как правило, становится членом этой организации, что подразумевает уплату членских взносов. Стоимость криостаза составляет от 30 до 150 тыс. долларов, большую часть ее погашает страховая компания после смерти клиента. Вступившему в общество «продленных» выдается браслет с датчиком пульса, который тот никогда не должен снимать. В смертельных ситуациях биодатчик подает сигнал, и из центра крионики срочно выезжает бригада «морозильщиков». Уже на месте она насыщает ткани умершего особым раствором и транспортирует его в депозитарий (хранилище), где тело помещается в большой металлический термос, наполненный жидким азотом.
Лежать (точнее, стоять вниз головой) в металлических емкостях можно хоть тысячу лет, лишь бы вовремя подливали испаряющийся азот. Для покрытия этих и других затрат в течение неопределенно долгого времени (пока наука не придумает, как воскресить тело) нужны деньги. Они поступают из дохода от вложения в ценные бумаги, в банки под процент и т.п. уже уплаченных клиентом средств. Менее состоятельные «продленные» могут сохранить только голову, к которой, возможно, в будущем подошьют новое тело. Эта процедура втрое дешевле.
Пока что крионические центры активны только в Америке. Фо Франции, например, крионика формально не запрещена, но закон там четко регламентирует, как следует обращаться с телами усопших. В этом смысле «не повезло» некоему Раймонду Мартино, заморозившемуся в криогенной камере вместе с супругой. Власти требуют вынуть тела из термосов и похоронить их по-человечески.