Латьюга

«...Это местечко так и называют – Келья. Находится оно на правом берегу Мезени, на самом стыке Коми и Архангельской области...» Так начинался очерк нашего корреспондента, написанный им в первый год существования газеты (в ноябре 1991 г.). В ту пору на месте, издавна почитаемом как Келья монаха Иоанникия, стояла крохотная часовенка, более похожая на небольшой дровяник – из горбыля, крытая…

Из дневника Игоря Иванова: Взгляд из мешка Я лежал на берегу реки, глубоко закутавшись в спальный мешок, и слушал, как снаружи нудно гундосят комары и семечками стучат о ткань. Звуки эти не давали вздремнуть после бессонной ночи: сквозь какой-то морок меня все еще качало, словно продолжал ехать на «уазике» по болгарской дороге – наследию долгих лет «сотрудничества» в вырубке местных лесов…

Из дневника Игоря Иванова: Домашний хлеб Душистый хлеб из печи, который от корки до корки можно сжать двумя пальцами, и еще жареные караси горкой на тарелке: гостеприимные хозяева рассказывают, но о еде забыть не дают. – Караси-то здесь, на озерах, во множестве. Как раз если к Оникию идти, то вначале тропкой мимо креста – там озеро рядом, староречье Мезени, в узком месте через него мостик, дальше…

Паломничества и поездки ...Эта женщина прошла полный курс атеизма, того самого, что преподавали по тоненьким брошюркам в Коми пединституте. Она была глубоко уверена, что и животворящие мощи, и чудеса исцеления - все это лишь поповский обман. Снисходительно, по-интеллигентски сверху вниз смотрела она на бабушек-простушек, которые чаяли исцеления от какого-то умершего монаха Оникея. А пришла пора…

И был у монаха Иоаникия со Иудой конь, жеребец белой масти. Как уж иноки на нем пахали, как он ходил в борозде — никто не видел. Но пашни монашеские всегда были в исправности, к урочному времени клонился долу полный ржаной колос, репаг-барыня лезла из земли — тугая да крутобокая, а стручки прямо распирались изнутри зрелым горохом... Умелыми землеробами показали себя иноки. И жил бедолага…